Накал страстей тут почище, чем в мексиканской мелодраме. Это, скорее, голливудский триллер, в котором судьбы главных героев висят на волоске до последнего кадра. Причем, на фоне основного сюжета по замыслу невидимого режиссера параллельно разворачиваются и дополнительные, менее масштабные, но такие же неожиданные сценарные линии. Тем интереснее, каким окажется этот самый кадр перед финальными титрами.
То, что происходит в мировой и российской металлургии, предсказывалось и прогнозировалось в той или иной форме месяцы, а то и годы назад. Очевидным был факт — отрасль стоит на пороге укрупнения. Сливаться и поглощаться, чтобы выжить, придется всем — от небольших заводиков и солидных комбинатов до мировых грандов, у которых тоже своих проблем хватает. Дело временно откладывалось в связи с прошлогодним рекордным ростом цен на сталь и металлургическое сырье, когда хорошую прибыль показывали все производители, но вслед за ростом, как известно, всегда приходит стагнация. И вот — началось.
Конечно же, главный интерес представляет битва титанов. Уже более полугода первый в мире гоняется за вторым. Но настоящее обострение началось в конце мая, когда крупнейший производитель стали на планете — Mittal Steel (60 млн тонн в 2005 году) пошел на беспрецедентный по масштабам шаг, стоимостью 23,7 млрд евро — он предложил многотысячному коллективу акционеров Arcelor (55 млн тонн стали в 2005 году) продать свои акции по цене на 25% выше рыночной. Таким образом, хозяин Mittal Steel Лакшми Миттал надеется собрать в своих руках контрольный (более 50%) пакет европейской Arcelor, имевшей до сих пор уникальный состав акционеров — самый крупный пакет имел величину всего лишь 5,62% и принадлежал Люксембургу. Основная же часть — более 81% была распылена по тысячам портфельных инвесторов. Если на секунду забыть о масштабе компании, Arcelor — идеальный объект для поглощения. И оно стало происходить, как только на рынке “вызрел” конкурент, могущий пойти на такое.
Открытая атака началась 19 мая. Спустя неделю, 26 мая, руководство Arcelor, не испытывавшее восторга от перспективы быть поглощенным, обнародовало сенсационное известие о слиянии с крупнейшей российской сталелитейной компанией “Северсталь”. Для Arcelor этот вариант был запасным аэродромом, который готовился заранее и, как выяснилось, не зря. “В октябре 2002 года Алексей (Мордашов, владелец “Северстали”) и я начали рассматривать возможности по сближению бизнесов. Мы привлекли консультантов, банки, пытаясь найти пути к объединению, но тогда нам это не удалось. Год назад мы опять стали разговаривать, но нам опять не удалось договориться по цене и по составу активов, вносимых Мордашовым в Arcelor. Но мы оставались друзьями, а предложение Mittal Steel послужило катализатором: около двух месяцев назад мы сильно продвинулись и наконец договорились”, — рассказал гендиректор Arcelor Ги Долле.
В металлургических кругах новость о том, что “Северсталь” оказалась поглощена западноевропейским конкурентом, восприняли по-разному. Как рассказал источник, близкий к руководству крупной российской металлургической компании:”С одной стороны, порадовались, что коллеге удалось выгодно продать очень крупный актив, значит такой шанс есть и у других, с другой — это попахивает изменой Родине”. Впрочем, быстро стало понятно, что с официальными представителями Родины все согласовано. Руководитель ФАС, несмотря на то, что запрос о продаже “Северстали” еще не поступал, уверенно отрапортовал о том, что сделка будет согласована в кратчайшие сроки и с положительным результатом. Вспомнили и о том, что незадолго до объявления о слиянии Алексей Мордашов побывал на приеме у главы государства.
О том, полезно для России слияние “Северстали” и Arcelor или нет, еще будут споры. “Я консультировался со многими людьми, имеющими власть и влияние в нашей стране. И, знаете, нашел у них понимание. Важны акценты, важна защита интересов. Самое главное в этой сделке — выход российского бизнеса на мировую арену. Мы становимся доминирующим акционером в крупнейшей в мире сталелитейной компании. А разговоры о заборе, которым мы якобы отгородились от иностранцев, абсолютно безосновательны. Мы хотим интеграции в мировую экономику. Весь вопрос в условиях. И вот в этом вопросе я полностью поддерживаю тех, кто говорит: “А нам за это что?” Когда отвечают: “Поставляй” или “Давай тебя съедим”, это нравится далеко не всем. А вот у нас совсем другая сделка, в которой Россия получает достойное место. Всем нравится. Если завтра будет следующая сделка, которая будет достойна России, это тоже всем понравится”, — рассказал в одном из первых интервью после сделки Алексей Мордашов. При этом, не следует забывать, что используя в нужных местах слова “мы” и “Россия” он имел в виду прежде всего себя, поскольку ему лично будет принадлежать 38,5% в объединенной Arcelor, после завершения всех формальностей и обязательств по сделке.
Аналитик ИК “Финам” Наталья Кочешкова считает, что ни на российский, ни тем более на мировой рынок серьезно сделка с каким бы то ни было претендентом не повлияет: “Если рассматривать мировую металлургию, то ни то, ни другое объединение влияния на нее не окажут, в силу того, что даже объединение таких крупных компаний позволит занять им относительно небольшую долю рынка. Даже если состоится слияние Arcelor и Mittal Steel, их мировая доля рынка окажется немногим более 10%. Черная металлургия характеризуется наличием большого количества игроков, и никто не имеет на нем доминирующей роли. Что же касается России, то для нашего рынка это крупнейшая сделка. В результате нее “Северсталь” получает более устойчивое положение, меньшую зависимость от тех циклических рыночных колебаний, которые происходят постоянно. Кроме того, компания получает выход на зарубежные рынки, которые сейчас ограничиваются для наших поставщиков различными барьерами. Это доступ к современным технологиям, которых не хватает нашим предприятиям. Если ранее основным преимуществом российской металлургии была низкая себестоимость производства, то сейчас она растет и доходы металлургов смещаются в сторону продукции высокого качества, с высокой добавленной стоимостью”.
Впрочем, широко разрекламированное на весь мир слияние может и не состояться. Mittal Steel и не думает сдаваться. Его финансовый консультант — Goldman Sachs заручился поддержкой 30% акционеров Arcelor и созывает внеочередное собрание акционеров, чтобы максимально усложнить утверждение сделки по слиянию. Сейчас заблокировать решение о том, что Arcelor и “Северсталь” становится единой компанией, может только протест 50% акционеров. Но за всю историю Arcelor, на собрании ни разу не присутствовало более 35% владельцев акций, а значит судьба слияния фактически решена. Goldman Sachs же желают изменить правила игры в пользу Mittal Steel, чтобы решение о слиянии вступало в силу лишь про поддержке 2/3 присутствующих на собрании акционеров, а это уже совсем другой расклад. Внеочередное собрание запланировано на 28 июня, а до этого будет вестись ожесточенная скупка акций Arcelor и агитационная работа среди акционеров, не желающих продавать свои акции.
Почти одновременно с известием о слиянии Arcelor и Северсталь, возникла и другая интрига — губернатор Чукотки, он же крупнейший российский миллиардер Роман Абрамович, о котором все уже давно успели подумать, что он вывел свои капиталы за рубеж и возвращать их не собирается, покупает крупный, порядка 40%, пакет второй по величине российской металлургической компании — Группы “Евраз”. Спустя день после появления этой новости появилось ее развитие — Абрамович покупает эту компанию не просто так, а для того, чтобы объединить ее с горно-металлургическими активами Алишера Усманова и британской Corus, европейским грандом, седьмой по величине сталелитейной компанией в мире. И хотя ничто, кроме связки Абрамович—”Евраз” официально пока не подтверждается и не комментируется, выглядит все это весьма и весьма правдоподобно: с одной стороны Алишер Усманов не раз призывал коллег укрупняться и создавать российскую горно-металлургическую мегакомпанию и сам готов объединиться на интересных для себя условиях. С другой — Corus в настоящее время испытывает серьезные проблемы, связанные с ростом цен на сырье и энергоносители, и уже этот год, по прогнозам аналитиков, может закончить с убытками, а не с минимальной прибылью, как прежде. И объединение с российскими вертикально-интегрированными компаниями, имеющими относительно низкие производственные издержки, стало бы для накренившегося британского фрегата спасательным кругом.
Это, если говорить об экономической логике. Не исключено, что имеется здесь еще и печать большой политики. Роман Аркадьевич появился на сталелитейном небосклоне едва ли случайно. Скорее, по заказу. “Раньше с идеей объединиться и создать крупную в мировом масштабе российскую сталелитейную корпорацию, которая, к тому же, была бы повернута лицом к государству, широко выступал Усманов. Но дальше громких слов у него дел не пошло, не мог он объединить металлургов, была попытка вовлечь в эту идею даже казахские ГОКи, но и она провалилась. Не исключено, что Кремль, видя это, решил призвать для воплощения понравившейся идеи другого олигарха. У Абрамовича, к тому же, кроме отсутствия финансовых затруднений, есть и хорошие связи в Великобритании, так что эта схема вполне реализуема”, — пояснил источник в руководстве крупной российской металлургической компании.
Ситуация в российской черной металлургии — калька с обстановки в нефтянке трехлетней давности. Государству ничего в ней не принадлежит, но вернуть контроль, по крайней мере, над значительной частью отрасли, оно, похоже, считает необходимым. При этом отдельным металлургическим олигархам “за особые заслуги” будет дано “добро” на объединение с крупными западными корпорациями (чем Arcelor-Северсталь не ТНК-ВР?), а кой-кого возьмут на короткий поводок. Едва ли в черной металлургии будет свой “ЮКОС”, а вот своя “Сибнефть” — почему бы нет? Схема обкатанная, а главное — фигуранты все те же.
То, что про Северсталь и Абрамовича с “Евразом” стало известно почти что в один день, скорее, совпадение, чем следствие одного из другого. Следствия начнутся дальше. Объединительные процессы в металлургии покатятся как снежный ком, как в конце прошлого века они лавинообразно шли в алюминиевой промышленности, пока не застыли в почти равных по размерам компаниях — “Русал” и “СУАЛ”, больше поглощать оказалось некого — активы внутри страны кончились. Слияния скоро начнутся, ибо выживать маленькому и в одиночку, когда все вокруг большие и вместе практически нереально. У российских сталелитейных компаний есть пока демпферная подушка в виде недорогих пока энергоносителей и, как правило, собственной рудной и угольной базы. Но, по крайней мере, первое преимущество, тает на глазах.
Есть среди стальных королей и такие, для кого их предприятия не “just business”, а дело всей их жизни, кто без большого боя не сдаст их в зубы поглотителям. Таких, как минимум двое — владелец НЛМК Владимир Лисин и основной акционер ММК Виктор Рашников. У них есть единственный приемлемый путь — поглощать самим. Лисин, кстати, предлагал Arcelor выкупить их контрольный пакет за деньги, но получил отказ. Рашников пока безуспешно пытается скупать заграничные активы. Третьего пути, похоже, не дано. Этот тезис подтверждает живой пример с ВСМПО-Ависмой — как ни сопротивляйся, а в одиночку не выстоять ни против превосходящего по финансовым силам противника, ни, тем более, против государства.
Денис БОЛИХОВ
![]() ![]() ![]() ![]() |
Что скажете, Аноним?
[08:00 03 мая]
08:40 03 мая
08:00 03 мая
07:50 03 мая
07:40 03 мая
[23:55 28 апреля]
[20:15 02 апреля]
(c) Укррудпром — новости металлургии: цветная металлургия, черная металлургия, металлургия Украины
При цитировании и использовании материалов ссылка на www.ukrrudprom.ua обязательна. Перепечатка, копирование или воспроизведение информации, содержащей ссылку на агентства "Iнтерфакс-Україна", "Українськi Новини" в каком-либо виде строго запрещены
Сделано в miavia estudia.