Операция “Карфаген”, которую проводит Национальное антикоррупционное бюро Украины, превращается в своеобразную инвентаризацию украинского истеблишмента. Начав с криминального авторитета Андрея Осипова по прозвищу “Криминал”, детективы вышли на сотрудников СБУ, Национальной полиции, прокуратуры и других правоохранительных органов, которые, по версии следствия, обеспечивали защиту многомиллионного нелегального бизнеса.

В центре расследования находится международная преступная сеть “Химпром”, которую связывают с российским наркоторговцем Егором Буркиным, известным под прозвищем “Мексиканец”. Помимо наркотрафика речь идет о мошеннических колл-центрах, контрафактных сигаретах, поддельной валюте и коррупционных платежах силовикам.

Однако опубликованные материалы НАБУ, судя по всему, охватывают лишь часть этой истории. “Зеркало недели” сообщило, что детективам известна рабочая связка Осипова с двумя предпринимателями — бывшим народным депутатом Андреем Киселевым и Богданом Якимцом, которого журналисты называют посредником между крупным бизнесом и правоохранителями.

По сведениям издания, у Киселева уже прошли обыски. Якимец также ранее попадал в поле зрения НАБУ: в 2025—2026 годах у него изымали телефоны с перепиской, представляющей интерес для следствия.

Чем именно Киселев занимался в этой компании, пока не сообщается. Но его появление в расследовании заслуживает отдельного внимания. Дело в том, что за относительно малозаметной фигурой бывшего депутата скрывается бизнес-биография, позволяющая проследить удивительную преемственность украинского крупного капитала — от металлургических схем времен Януковича до современного рынка финансовых услуг.

Металлолом по президентской квоте

В начале 2010-х Андрей Киселев был хорошо известен на украинском рынке металлолома. Связанная с ним промышленно-финансовая группа “УкрМет” за несколько лет превратилась из крупного регионального игрока в одного из лидеров отрасли.

Для такого успеха имелось весьма благоприятное стечение обстоятельств. Киселев учился в Донецком национальном университете экономики и торговли вместе с младшим сыном президента Виктором Януковичем. В 2010 году он возглавил донецкую организацию “Молодые регионы”, а в 2012-м стал руководителем фракции Партии регионов в Донецком горсовете.

Параллельно стремительно развивался и его бизнес. В 2013 году “УкрМет”, контролировавший около четверти украинского рынка металлолома, получил право экспортировать 335 тыс. тонн из 500 тыс. тонн, распределенных государством на соответствующий период. Иными словами, 67% экспортной квоты досталось структурам одного предпринимателя.

Особенности этого успеха расследовал еще Forbes Украина. По информации издания, в период правления Януковича представители “УкрМета” пытались устанавливать контроль над независимыми ломозаготовительными предприятиями, добиваясь проведения операций через определенные юридические лица и банки.

К 2012 году выручка группы составляла почти 5 млрд грн. В рейтинге крупнейших украинских компаний Forbes она занимала 65-е место.

Система квотирования экспорта металлолома вообще представляла собой исключительно удобный механизм перераспределения доходов. Государство решало, кому разрешить продавать сырье за границу, где цены зачастую были существенно выше внутренних, а кому довольствоваться поставками украинским металлургическим предприятиям.

В апреле 2016 года заместитель министра экономического развития Максим Нефедов называл распределение экспортных квот одним из наиболее коррупциогенных механизмов своего ведомства. К тому моменту главным бенефициаром прежнего порядка уже успел стать “УкрМет”.

После бегства Януковича позиции Киселева не обрушились. По данным расследования БизнесЦензора, в 2015 году связанные с его группой компании экспортировали около 179 тыс. тонн металлолома на 1,09 млрд грн.

Правда, вместо одной прозрачной структуры журналисты обнаружили целый набор юридических лиц: “Укр Мет-Центр”, “Укр Мет-Запад”, “Вторсплав”, “Укр Мет-Юг”, “Альфамет” и другие. Среди собственников фигурировали офшорные компании, а также люди, ранее не замеченные в самостоятельном крупном бизнесе.

В частности, “Укр Мет-Центр”, крупнейший экспортер группы, был зарегистрирован на панамскую Indostar Company S.A. Ряд предприятий прежде принадлежал родственнице Киселева Татьяне.

Впрочем, металлолом был далеко не единственным направлением, в котором проявились финансовые таланты семейства.

Двадцать миллиардов через “Грин Банк”

В орбите Киселевых находился “Грин Банк”, одним из крупных акционеров которого был отец Андрея — Николай Киселев.

История этого учреждения позволяет лучше понять особенности финансовой инфраструктуры, сопровождавшей донецкий бизнес в последние годы правления Януковича.

24 сентября 2014 года Национальный банк признал “Грин Банк” неплатежеспособным. По данным регулятора, только за 2013—2014 годы через банк прошло около 20 млрд грн операций по переводу средств в наличную форму.

НБУ также сообщал о систематических нарушениях законодательства о противодействии отмыванию доходов и неоднократном применении санкций к финансовому учреждению.

В публикациях того времени банк связывали с окружением бывшего министра доходов и сборов Александра Клименко. Самого Андрея Киселева журналисты называли кумом министра.

Любопытно, что и после смены власти банковская история не завершилась. В 2016 году расследователи писали о возвращении одному из связанных с банком лиц 5,4 млн грн, изъятых в рамках уголовного производства. Отдельные решения о ликвидации банка также оспаривались в судах, хотя окончательно отменить вывод “Грин Банка” с рынка не удалось.

Впоследствии семейство продолжило деятельность в финансовом секторе, но уже в совершенно другом сегменте.

Металлолом для Приднестровья

Следующий заметный эпизод произошел в 2018 году. Тогда журналисты исследовали поставки украинского металлолома на Молдавский металлургический завод в Рыбнице, расположенный на территории непризнанного Приднестровья.

Завод находился под украинскими санкциями, однако это не остановило торговлю сырьем. Среди поставщиков фигурировали компании, связанные с “УкрМетом”. В документах упоминались маршруты через Молдову и посреднические структуры, включая Novastal Prim.

По данным журналистов, поставки продолжались осенью 2018 года, когда действовали ограничения на сотрудничество с предприятием.

Сам Киселев в разговоре с расследователями утверждал, что уже не руководит соответствующими компаниями, а лишь предоставляет консультационные услуги. Представители “УкрМета” отрицали прямую торговлю с заводом в период действия санкций.

Эта история интересна не только экспортными схемами. Рыбницкий металлургический завод являлся одним из важнейших промышленных предприятий Приднестровья, а его деятельность имела существенное значение для экономики непризнанной республики, опирающейся на российскую поддержку.

Киселев же к этому времени обзавелся новым политическим статусом. После Майдана он перебрался из Донецкого горсовета в Верховную Раду, куда прошел по списку “Оппозиционного блока”. И здесь в его биографии появляется Ринат Ахметов.

Общий политический лагерь

После раскола “Оппозиционного блока” в 2018 году Киселев оказался в той части политического объединения, которую украинские СМИ связывали с Ринатом Ахметовым и Вадимом Новинским.

Конфликт разгорелся вокруг президентских выборов 2019 года. Группа, ориентированная на Сергея Левочкина и Юрия Бойко, выступала за объединение с политическим проектом Виктора Медведчука. Ахметовское крыло поддерживало альтернативную кандидатуру Александра Вилкула.

Примечательно, что эта история получила неожиданное международное продолжение. В конце декабря 2018 года Россия ввела санкции против ряда украинских предпринимателей и политиков, включая Новинского и Киселева.

А 20 апреля 2020 года российское правительство одновременно исключило обоих из санкционного списка. Соответствующее постановление было опубликовано на официальном российском портале правовой информации.

Новинский в тот момент был младшим партнером Ахметова по “Метинвесту”, Киселев — бывшим депутатом той же политической группы и крупным оператором рынка металлолома.

Снимать ограничения с этих двух бизнесменов Москва решила одним документом. Разумеется, их деловые интересы не обязательно совпадали. Более того, экспортеры металлолома и владельцы металлургических комбинатов годами конфликтовали из-за экспортных пошлин и доступа к дешевому сырью. “УкрМет” был заинтересован в выгодных зарубежных поставках, тогда как металлургические предприятия, включая заводы “Метинвеста”, добивались ограничения вывоза лома.

Но политическая и деловая среда у участников этого противостояния во многом была общей. И гораздо убедительнее это демонстрируют не партийные списки и российские санкции, а структура собственности современных финансовых компаний.

От “УкрМета” к CreditKasa

Сегодня фамилия Киселев встречается в документах компаний, деятельность которых имеет мало общего с металлургией.

Речь идет о крупнейших украинских операторах микрокредитования. Жена бывшего депутата Наталья Киселева является совладелицей трех финансовых компаний: “Укр Кредит Финанс”, работающей под брендом CreditKasa; “Споживчий центр”, известной как “ШвидкоГроші”; и “Бізпозика”.

Причем состав собственников всех трех структур практически идентичен.

В “Укр Кредит Финанс” Наталье Киселевой принадлежит 25%, Руслану Павлову — еще 25%, Амиру Айсаутову — 50%.

В “Бізпозике” доли распределены почти аналогично: 24,99% у Киселевой, 24,99% у Павлова и 50,02% у Айсаутова.

В “Споживчому центрі” соотношение несколько иное: 9,99% у Киселевой, 23,30% у Павлова и 66,71% у Айсаутова.

Сами по себе эти фамилии мало что говорят массовому потребителю микрозаймов. Но история их отношений гораздо интереснее рекламных обещаний получить деньги за несколько минут.

Наталья Киселева — не просто однофамилица бывшего депутата. Она его жена и в 2017—2021 годах совместно с ним владела компанией “Укртрейд Компани ЛТД”, занимавшейся в том числе торговлей металлоломом.

Руслан Павлов, согласно опубликованному в 2022 году расследованию “Информатора”, женат на сестре Андрея Киселева Татьяне.

Таким образом, два из трех партнеров микрофинансового бизнеса связаны с одной семьей.

А третий — Амир Айсаутов — заслуживает отдельного представления.

Человек, которому Ахметов доверил “Метинвест”

13 июня 2012 года пресс-служба “Метинвеста” сообщила о назначении нового председателя наблюдательного совета группы. Им стал Амир Айсаутов — на тот момент директор горно-металлургического направления управляющей компании СКМ Рината Ахметова.

Речь шла об одной из ключевых должностей в крупнейшем металлургическом холдинге Украины. 

До назначения Айсаутов работал в международной консалтинговой компании McKinsey, занимался стратегией и инвестициями, а с 2009 года руководил горно-металлургическим направлением СКМ.

В 2012 году гендиректор СКМ Олег Попов объяснял его назначение новой моделью управления: руководители отраслевых направлений головной компании должны были возглавить наблюдательные советы соответствующих бизнесов.

Иными словами, Айсаутов оказался на вершине корпоративной вертикали, через которую структуры Ахметова осуществляли стратегическое управление металлургическими активами.

В 2015 году Айсаутов покинул СКМ, но еще некоторое время оставался в наблюдательном совете “Метинвеста”. Согласно корпоративной отчетности группы, его полномочия в совете прекратились в 2017—2018 годах.

К этому времени он уже занялся собственными инвестиционными проектами. Одним из них стал рынок небанковского кредитования.

Документы Национального банка позволяют проследить, как складывалось его партнерство с семьей Киселевых. Наталья Киселева фигурировала среди собственников “Укр Кредит Финанс” еще в 2016 году. В 2019 году состав собственников изменился: в нем появились Айсаутов и Павлов.

Первоначально доля Айсаутова в CreditKasa оформлялась через кипрскую Mavelord Holdings Limited. Впоследствии он перешел к прямому владению.

К 2021 году тот же состав собственников уже был зафиксирован в документах другого крупного кредитора — “Споживчого центру”.

Параллельно Айсаутов и Павлов участвовали в компаниях “Факторинг Партнерс”, “Новий колектор” и “Будинок комфорту”, работавших соответственно в сфере факторинга, взыскания задолженности и потребительского финансирования.

Так сформировался бизнес, объединяющий выдачу микрокредитов, работу с задолженностью и смежные финансовые услуги.

Заметим, что бывший руководитель металлургического направления СКМ оказался не рядовым инвестором. Во всех трех крупнейших кредитных компаниях именно Айсаутов является основным собственником.

Почти восемь миллиардов на микрозаймах

Масштаб нового бизнеса особенно хорошо виден по финансовым результатам. По данным Opendatabot, в 2025 году “Укр Кредит Финанс” получила 3,84 млрд грн дохода и 262,7 млн грн чистой прибыли. Выручка “Споживчого центру” достигла 2,49 млрд грн, чистая прибыль — 470,1 млн грн. “Бізпозика” завершила год с доходом 1,35 млрд грн и чистой прибылью 120,5 млн грн.

Итого три компании с одними и теми же собственниками заработали в 2025 году 7,68 млрд грн дохода и 853,3 млн грн чистой прибыли.

Для сравнения: весь “УкрМет” в период расцвета бизнеса при Януковиче имел годовую выручку около 5 млрд грн. Разумеется, это разные годы, разные цены и совершенно разные отрасли. Но изменение масштаба семейных коммерческих интересов весьма показательно.

Особенно интересен сентябрь 2026 года. 11 сентября собрание участников “Споживчого центру” приняло решение о размещении процентных корпоративных облигаций серии B на общую номинальную сумму 250 млн грн. Согласно официальному сообщению эмитента, речь идет о 250 тыс. необеспеченных облигаций. В документе поименно перечислены участники компании: Айсаутов, Павлов и Киселева.

Таким образом, к традиционным микрозаймам добавляется уже полноценная работа с инструментами долгового рынка.

Параллельно Киселев сохраняет и собственные коммерческие активы. Согласно реестру, бывшему депутату принадлежит 100% компании “Укртрейд Компани ЛТД”, зарегистрированной в 2016 году. Среди видов ее деятельности указаны торговля металлами и металлоломом, энергоресурсами, а также другие виды оптовой торговли.

В 2022 году выручка компании достигала 2,05 млрд грн, в 2023-м — 1,97 млрд грн. В 2025 году она составила 488,4 млн грн.

Получается, что Киселев не просто успешно пережил смену власти в 2014 году. Связанный с его семьей бизнес сохранился, диверсифицировался и занял заметное место уже в совершенно других отраслях.

Что общего у микрозаймов и “Карфагеном”

Именно здесь история становится особенно любопытной. Наряду с наркотрафиком одним из важнейших направлений расследуемой НАБУ преступной организации являются мошеннические колл-центры. Следствие утверждает, что их деятельность обеспечивалась в том числе благодаря подкупу сотрудников правоохранительных органов.

При этом речь идет не о легальных кредитных компаниях, а о структурах, занимавшихся обманом граждан Украины и других государств. Установленные корпоративные связи CreditKasa, “ШвидкоГроші” и “Бізпозики” сами по себе не связывают эти компании с преступной организацией “Химпром”.

Зато они показывают, насколько далеко простираются коммерческие интересы семейства Киселевых и насколько разнообразны связи его деловых партнеров.

С одной стороны, Андрей Киселев — предприниматель из окружения Януковича, бывший депутат и участник крупного рынка металлолома, чья деятельность неоднократно становилась предметом журналистских расследований.

С другой — его жена и родственники входят в число собственников одной из крупнейших групп на украинском рынке микрокредитования. А ключевым партнером этой группы является человек, которому в свое время Ринат Ахметов доверил руководство набсоветом “Метинвеста”.

Получается довольно необычная конструкция: бывший “король металлолома” связан через семью с финансовым бизнесом бывшего топ-менеджера СКМ, а теперь сам оказался упомянут в расследовании коррупционной инфраструктуры международной преступной сети.

При этом его собственная компания по-прежнему ведет активную коммерческую деятельность. Интересно и другое: “Зеркало недели” упоминает Киселева не отдельно, а в одной рабочей связке с Осиповым и Богданом Якимцом.

Если эта информация подтвердится материалами следствия, ключевым станет вопрос о характере их отношений. Что объединяло бывшего металлотрейдера, криминального авторитета и посредника, специализирующегося, по сведениям журналистов, на отношениях крупного бизнеса с правоохранительными структурами?

Для человека, сделавшего состояние на рынке, зависевшем от государственных разрешений, квот и решений чиновников, административные контакты всегда имели существенное коммерческое значение. Но в данном случае речь может идти о совершенно других обстоятельствах, которые пока остаются за пределами публичной части расследования.