Кепка и аэродром

Даже удивительна детская непосредственность, с какой Лужков ищет убежища в стране, которую не раз обвинял в дискриминации русскоязычных и даже в апартеиде. С тем же успехом бывший московский мэр, известный высказываниями о российской принадлежности Севастополя и Крыма и эскападами против геев, мог бы попросить гражданства Украины или вида на жительство у нетрадиционно ориентированных мэра Парижа Бертрана Деланоэ или берлинского бургомистра Клауса Воверайта. Проблемы с “запасным аэродромом” могут возникнуть у Лужкова во многих странах — за время мэрства он наговорил предостаточно.

Весьма вероятный отказ в латвийском виде на жительство Лужкову должен заставить задуматься о последствиях эмоциональных речей и опрометчивых поступков и многих российских силовиков и чиновников. “Список Магнитского” и готовящееся в Европарламенте обсуждение санкций против бюрократов, участвовавших и (или) заинтересованных в деле ЮКОСа, — наглядное тому подтверждение. Конечно, вряд ли сейчас Европарламент решится ссориться с Москвой и объявит невъездными Владимира Путина или Игоря Сечина. Тем более что они — с точки зрения буквы закона — и не участвовали в уголовном преследовании Ходорковского и Лебедева. А вот после окончания (или, точнее, прекращения) государственной карьеры проблемы у чиновников и силовиков любой степени высокопоставленности возникнуть могут. И ни спокойно отдохнуть в Европе на пенсии, ни спрятаться в США в политическом убежище, что очень даже может понадобиться, им не удастся. Будут ли сожалеть тогда они о неосторожно произнесенных словах? Станут ли клясть себя за уголовные дела, возбужденные с их подачи?

Стремление Юрия Лужкова получить вид на жительство в Латвии может показаться комическим — однако оно же и символическое, как его кепка. Поразительная свобода, которой пользуются власть имущие в России, увы, нисколько не распространяется за ее границы.