Как Ахметов и украинский бизнес требуют компенсаций от РФ

Украинские власти совместно с международными партнерами уже несколько лет выстраивают многоуровневый механизм получения репараций от России. Его основой является Международный реестр убытков, фиксирующий ущерб, нанесенный Украине в ходе войны, которую ведет против нее РФ. Следующим шагом стало создание в конце 2025 года Международной компенсационной комиссии, которая будет рассматривать заявления и определять размер возмещения. Третьим этапом, который пока не имеет временных рамок, станет создание Компенсационного фонда, призванного обеспечить выплаты.

Тем временем украинский бизнес, не дожидаясь начала репарационного процесса, обращается в украинские и международные судебные инстанции, пытаясь заставить РФ заплатить за свои разрушенные и захваченные активы. О каких суммах идет речь и есть ли шанс на компенсации? 

Подача заявлений в Реестр убытков

До сих пор подавать заявления о компенсации в Реестр убытков, который станет основой для будущих репараций , могли только физические лица. Но в декабре такая возможность появилась в режиме бета-тестирования у некоторых юридических лиц. В Реестре убытков сообщили DW, что подать заявки смогут все желающие компании уже “скоро”.

Однако ожидать быстрых выплат не стоит. Как объясняет DW руководитель Реестра убытков Маркиян Ключковский, запуск компенсационного фонда будет зависеть от политических и юридических решений. “Детального ответа на вопрос практической реализации выплат пока нет. Много обсуждений о суверенных активах РФ — так называемом репарационном кредите”, — говорит он.

Подать заявку в Реестр планирует финансово-промышленная группа СКМ (System Capital Management), принадлежащая Ринату Ахметову. Ее бизнес — один из тех, кто больше всего пострадал от агрессии РФ. “Надеемся, что через несколько лет замороженные активы России будут использованы для возмещения наших требований и требований других украинских заявителей”, — отметил в разговоре с DW директор по правовому обеспечению СКМ Ярослав Симонов.

В СКМ не стали называть сумму убытков, нанесенных группе с 2014 года. Однако, как отметила DW Марни Чик, юрист американской компании Covington & Burling, представляющей ДТЭК (Донбасская топливно-энергетическая компания), СКМ и лично Рината Ахметова в судебных процессах против РФ, речь идет о десятках миллиардов долларов.

Иски в международный инвестиционный арбитраж

В то же время СКМ добивается возмещения убытков от РФ самостоятельно. Так, группа подала ряд исков в Международный инвестиционный арбитраж (МИА) на основании двустороннего Соглашения о поощрении и взаимной защите инвестиций между Россией и Украиной, подписанного в 1998 году. “Первым истцом из группы стала компания ДТЭК “Крымэнерго”  в 2017 году. Уже в 2023 году мы получили решение о взыскании основной суммы и процентов за экспроприированные активы в Крыму. Сегодня это примерно 263 миллиона долларов США”, — сказал Симонов.

РФ, однако, отказывается выплачивать эти средства, поэтому, по его словам, ДТЭК “Крымэнерго” начала процессы по признанию и принудительному исполнению решения арбитража. В Нидерландах по заявлению ДТЭК уже наложен арест на доли, которыми “Газпром” владеет в компании South Stream (”Южный поток”), а также в компании Wintershall (разработка газовых месторождений в Северном море), отметил Симонов. “Газпром подает апелляции, пытаясь утверждать, что якобы не несет ответственность за долги РФ. Однако мы надеемся, что апелляционные суды Нидерландов окончательно подтвердят замораживание акций, после чего мы перейдем к рассмотрению по существу, где нидерландский суд в итоге скажет: конфисковывать и продавать эти акции или нет”, — поясняет он.

Также СКМ и Ахметов требуют от РФ возмещения убытков за экспроприацию недвижимости в аннексированном Крыму, которая произошла в 2014-2017 годах. “Трибунал подготовит и огласит арбитражное решение, вероятно, в первой половине 2026 года”, — надеется Симонов. Кроме того, в мае 2025 года СКМ подала иски по активам, захваченным на территории так называемых “ДНР” и “ЛНР” в период с 2014 по 2017 годы. Слушания по этому делу, вероятно, состоятся в 2027 году, а решения могут быть уже в 2028 году.

После полномасштабного вторжения активы СКМ снова пострадали, в частности, речь идет о металлургических комбинатах в Мариуполе. За эти и другие активы группа готовится подавать иски в международный инвестиционный арбитраж и уже подала жалобу в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ).

Государственные предприятия ждут репараций

Добиться от РФ возмещения убытков от потери своих активов пытаются и другие украинские компании. Так, Европейская Бизнес Ассоциация (EBA), объединяющая более тысячи компаний в Украине, провела в ноябре 2025 года опрос. Согласно его данным, среди 88 опрошенных компаний 9 процентов подали иски в национальные суды, а четыре — в международные инстанции. Еще 23 процента уже обратились в правоохранительные органы, а 17 процентов имеют такие планы. В целом никаких потерь от войны не понесли только 11 процентов опрошенных компаний-членов EBA. DW обратилась и к другим украинским бизнес-ассоциациям с просьбой предоставить данные об исках их членов, однако на момент публикации ответа не получила.

Тем временем госпредприятия не инициируют судебные иски для возмещения убытков, причиненных Россией, следует из ответа министерства юстиции Украины DW. “Для комплексного возмещения ущерба и потерь, нанесенных агрессией РФ, Украина совместно с международными партнерами работает над внедрением международного компенсационного механизма”, — подчеркнули в Минюсте.

В ведомстве также сообщили, что с 2014 года в ЕСПЧ был подан ряд исков против правительства РФ относительно существования “административной практики” нарушений со стороны России прав и свобод. “ЕСПЧ не наделен полномочиями рассматривать жалобы о причинении ущерба и убытков, касающихся государственной собственности”, — отметили в Минюсте.

Рассмотрение исков в украинских судах

После 2022 года, как отмечает DW советник юридической фирмы “Илляшев и Партнеры” Марина Рященко, среди бизнеса наиболее распространенным и доступным инструментом стало инициирование судебных процессов в Украине. Действительно, по данным Opendatabot, если в 2022 году суды вынесли лишь пять таких решений, то в следующем году их количество выросло в десять раз. Всего по всей Украине вынесено 639 решений о компенсации ущерба, из которых 85 процентов исковых требований было удовлетворено полностью и лишь три отклонено.

После получения такого решения, отмечает Рященко, украинская компания может идти в иностранные юрисдикции, где у РФ есть активы. “Однако огромным вопросом этого процесса является то, что государства, согласно международному праву, имеют суверенный иммунитет. То есть одну суверенную державу нельзя судить в судах другой державы без ее согласия”, — говорит она.

Глава Реестра убытков Маркиян Ключковский подтверждает, что там, где украинские суды находят основания для преодоления иммунитета, иностранные суды вынуждены подходить к этому более тщательно. “Уже есть прецеденты, когда в исполнении решения украинских судов о взыскании с РФ было отказано за рубежом именно по этим причинам”, — добавляет он.

Сложности международных исков

Наиболее распространенными инструментами защиты бизнеса за рубежом являются инвестиционный арбитраж и ЕСПЧ, однако последний имеет ряд ограничений, говорят собеседники DW. Как отметил DW Джонатан Гимблетт, юрист Covington & Burling, РФ перестала быть стороной Европейской конвенции по правам человека в сентябре 2022 года. “Поэтому требования о возмещении в ЕСПЧ могут касаться только действий до сентября 2022 года. В то же время в делах по двусторонним инвестиционным договорам такого ограничения нет. Даже несмотря на то, что Украина прекратила действие договора с Россией, в течение 10 лет все еще можно подавать иски против России за ее противоправные действия”, — отметил он.

Еще одним минусом жалобы в ЕСПЧ является длительный срок рассмотрения, отмечает юрист Марина Рященко. “ЕСПЧ может выносить решение только по вопросу приемлемости жалобы много лет, а само решение принимается еще дольше. Но главный вопрос — механизм взыскания, если будет присуждена компенсация. РФ добровольно вряд ли будет его исполнять”, — подчеркнула она.

Инвестиционный арбитраж, отмечает Рященко, является действенным инструментом, но также достаточно длительным и дорогим. “От двух до пяти лет. Но не каждый бизнес располагает юридическим департаментом, который может компетентно представлять интересы компании в международном инвестиционном арбитраже. Компаниям нужно привлекать консультантов, юристов. И стоимость их услуг может достигать нескольких миллионов евро”, — говорит она.

Перспективы международных исков

Рященко отмечает, что исполнение решений судов возможно только в отношении коммерческих активов РФ. “Но все же государства и суды пока боятся что-то делать против этих активов. Пока ни один украинский бизнес не получил компенсации”, — констатирует она.

СКМ настроена оптимистично относительно перспективы получить компенсацию от РФ за счет коммерческих активов по всему миру. “Мы не пытаемся арестовывать российские дипломатические активы по всему миру, это было бы безнадежно. Но если мы находим российские суверенные активы, которые принадлежат непосредственно российскому государству и используются в обычной коммерческой деятельности, то мы можем обратить на них взыскание по Нью-Йоркской конвенции о признании и приведении в исполнение арбитражных решений”, — подчеркивает Симонов.

Кроме Нидерландов и Израиля, по его словам, СКМ ведет производство по исполнению решений арбитража в Чехии. “Там есть целый ряд объектов недвижимости, принадлежащих российскому государству и используемых в Праге исключительно с коммерческой целью — магазины, рестораны, офисные здания, где работают российские частные предприниматели”, — подытоживает он.